Владимир Лукин: правом вынесения процессуальных решений наделены только судьи

Очередной ежегодный (за 2010 год) доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации профессора Владимира Лукина обнаружил новые болевые точки российского правосудия.

В 2010 году в аппарат В. Лукина поступило 57 тысяч обращений. Более половины из них – жалобы на различные нарушения личных (гражданских) прав, особенно – права на судебную защиту и справедливое судебное разбирательство, что заставляет людей все чаще обращаться в Страсбург.

И хотя в новом докладе, в отличие от прошлых, нет раздела «Европейский Суд по правам человека», вопросы соблюдения Конвенции о защите прав человека и основных свобод в нем изложены максимально подробно и обстоятельно.

Из обширного доклада Владимира Лукина мы выбрали раздел «Судебный контроль» (публикуется с некоторыми сокращениями, полностью доклад Уполномоченного размещен здесь).

«Чрезвычайно важной составляющей конституционного права на судебную защиту является право на судебный контроль, позволяющее каждому обжаловать в суде действия и решения государственного органа, органа местного самоуправления, должностного лица или государственного служащего. К сожалению, в последние годы судебные органы как бы по собственной инициативе порой уклоняются от рассмотрения подобных жалоб, особенно если они подаются на действия или решения должностных лиц влиятельных государственных ведомств.

Житель Московской области С. обратился к Уполномоченному с жалобой на отказ судьи Тверского районного суда г. Москвы принять его заявление, оспаривавшее действия должностных лиц Управления Президента Российской Федерации по работе с обращениями граждан Администрации Президента Российской Федерации.

…Судья сделал вывод о том, что обжалование действий должностных лиц Администрации Президента Российской Федерации означало бы вмешательство суда в конституционно-правовую и иную деятельность Президента Российской Федерации. Проще говоря, судья Тверского районного суда г. Москвы решил, что все подчиненные Президенту должностные лица пользуются такой же неприкосновенностью, как и он сам. В соответствии с этой абсурдной логикой неприкосновенность следовало бы распространить на всех должностных лиц всех органов исполнительной власти страны, ибо все они, как известно, тоже подчиняются Президенту Российской Федерации.

В течение отчетного года Уполномоченный обращался в надзорные инстанции вплоть до Верховного Суда Российской Федерации с ходатайством о пересмотре вступившего в законную силу решения суда первой инстанции. Однако органы судебной власти проявили завидное единодушие в своем отказе в осуществлении судебного контроля за деятельностью должностных лиц. Последний “отказной” ответ поступил к Уполномоченному в ноябре отчетного года. В связи с тем, что сроки надзорного обжалования истекли, обратиться в последнюю инстанцию – к Председателю Верховного Суда Российской Федерации не удалось. Права заявителя в итоге остались нарушены. А решение Тверского районного суда не изменилось.

Хотелось бы надеяться, что оно войдет в историю российского правосудия как юридический казус и не станет прецедентом.

Весьма спорной и не имеющей общего подхода остается процедура обжалования действий (бездействия) сотрудников аппаратов самих судов. Особенно большие трудности возникают у граждан при подаче надзорных жалоб. Обращаясь с такими жалобами в областной, краевой или Верховный Суд, участники процесса зачастую получают ответы консультантов, советников или иных сотрудников суда о возврате жалобы, например, в связи с неверно определенной подсудностью, неуплатой пошлины или истечением сроков надзорного обжалования. Попытка же оспорить правомерность возврата процессуального документа лицом, не являющимся судьей, наталкивается на отказ судов общей юрисдикции принимать такие обращения к рассмотрению. Основной довод – иной порядок обжалования. Суды, в которые подаются жалобы на сотрудников аппаратов суда, исходят из того понимания, что последние действуют в рамках надзорной процедуры, исполняя функции суда. В этой связи участникам процесса обычно предлагают воспользоваться возможностью дальнейшего надзорного обжалования. Проблема, однако, в том, что процессуальное законодательство в качестве предмета надзорного обжалования рассматривает лишь вступившие в законную силу судебные акты, к которым решения сотрудников суда никак не относятся.

В октябре отчетного года к Уполномоченному обратился гражданин У., отбывающий наказание в виде лишения свободы в Красноярском крае. Он сообщил о том, что безрезультатно пытался оспорить в Верховном Суде Российской Федерации действия должностных лиц аппарата Верховного Суда (консультанта и начальника отдела), возвращавших его заявления без вынесения процессуального решения.

Суды первой и последующих инстанций, последовательно отказывающие У. в принятии заявления, указали, что фактически он ставит вопрос о проверке законности действий должностных лиц Верховного Суда, связанных с осуществлением правосудия. По мнению судов, в подобных ситуациях действует иной порядок обжалования, предусмотренный для кассационного и надзорного производства.

Со своей стороны, Уполномоченный убежден, что правом вынесения процессуальных решений наделены только судьи. Отсутствие документа об уплате пошлины, немотивированность жалобы, истечение срока обжалования, нехватка необходимых документов и так далее дают процессуальные основания для принятия соответствующего решения, которое не может принимать сотрудник суда. Жалобы же на действия (решения) сотрудников аппаратов судов надзорных инстанций должны приниматься к рассмотрению районными судами без всяких исключений, в том числе на предмет проверки компетенции указанных сотрудников».

Источник.