Утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 3 июля 2013 года
 
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
 
I. Вопросы квалификации
 
1. В соответствии со ст. 31 УК РФ под добровольным отказом от преступления понимается прекращение лицом действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо имело возможность довести это преступление до конца.
Определение № 49-О13-12
 
II. Назначение наказания
 
2. Принимая решение о назначении дополнительных наказаний, суд руководствовался положениями, содержащимися в ст. 47 и 48 УК РФ.
Определение № 5-О13-22
 
3. Сам по себе факт наличия у виновного малолетнего ребёнка не может рассматриваться как безусловное основание для признания его в качестве обстоятельства, смягчающего наказание.
Определение № 93-О13-1
 
4. Противоправность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для совершения преступления, признана обстоятельством, смягчающим наказание осуждённого.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ № 321-П12
 
5. Суд не признал в действиях осуждённых активное способствование раскрытию преступления.
Определение № 9-О13-5
 
6. Из судебных  решений  исключено  указание  о  назначении наказания по совокупности приговоров по правилам ст. 70 УК РФ, поскольку  преступления  по  последнему  приговору  совершены  по истечении оставшейся не отбытой части срока наказания.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ № 289-П12
 
7. В силу положений ст. 72 УК РФ время нахождения лица под подпиской о невыезде не может быть зачтено в срок наказания в виде лишения свободы.
Определение № 41-О13-1
 
III.  Процессуальные вопросы
 
8. Необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства представителя  потерпевшей  о  допросе  свидетеля  в  присутствии присяжных заседателей повлёк отмену приговора.
Определение № 74-О13-2сп
 
9. Приговор суда, вынесенный на основании вердикта присяжных заседателей, отменён ввиду нарушений требований ст.339 УПК РФ, поскольку вопросы о доказанности событий по трём разным  преступлениям,  не  образующим  идеальной  совокупности, председательствующим судьёй были объединены в одном вопросе.
Определение № 49-О12-79сп
 
10. Положения  главы  52  УПК  РФ  не  распространяются  на лицо,  не  занимающее к  моменту  возбуждения  уголовного  дела должность следователя.
Определение № 71-Дп13-1
 
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ
 
I. Практика рассмотрения дел по спорам, возникающим из гражданских правоотношений
 
1. Решение  иностранного  суда  о  расторжении  брака  между российскими  гражданами  в  той  части,  в  которой  им  утверждено соглашение сторон о выплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребёнка и об  их размере, не прошедшее процедуру  признания  на  территории  России,  не  может  служить основанием  для  отказа  в  удовлетворении  исковых  требований  о взыскании алиментов.
Определение № 5-КГ12-92
 
II. Практика рассмотрения дел по спорам, возникающим из социальных, трудовых и пенсионных правоотношений
 
2. Лицо,  которому  причинены  нравственные  страдания  в связи со смертью родственника, приобретает самостоятельное право требования денежной компенсации морального вреда, не зависящее от аналогичного права лица, жизни и здоровью которого непосредственно причинён вред.
Определение № 3-КГ13-2
 
3. Ограничение  по  политическим  мотивам  прав  и  свобод граждан, заключавшееся в лишении избирательных прав по социальному признаку, является основанием для признания таких лиц жертвами политических репрессий и их реабилитации.
Определение № 5-КГ13-21
 
4. Отсутствие у работника на момент заключения трудового договора соответствующего документа об образовании, если выполнение работы требует обязательного наличия профессионального образования, влечёт его увольнение по п. 11 ч. 1 ст. 77 и абзацу четвёртому ч. 1 ст. 84 ТК РФ.
Определение № 46-КГ12-21
 
5. При исчислении размера ежемесячной страховой выплаты в возмещение вреда здоровью работника в связи с несчастным случаем на производстве суммы заработка, полученные за период с 1 января 1992 г. по 31 января 1993 г., подлежат увеличению с учётом коэффициента 3, если ранее он не был применён.
Определение № 81-КГ13-1
 
III. Процессуальные вопросы
 
6. Факт  владения  и  пользования  недвижимым  имуществом может  быть установлен судом  в  порядке  особого  производства только  в  случае  невозможности получения  заявителем  в  ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих этот факт,  или восстановления утраченных документов и при условии отсутствия спора о праве собственности на это имущество.
Определение № 18-КГ12-98
 
7. Требование об изменении размера выплачиваемой компенсации  в  возмещение  вреда,  причинённого  повреждением здоровья, с учётом положений главы  59 ГК РФ не является тождественным требованию о первичном назначении сумм возмещения такого вреда на основании норм ГК РФ.
Определение № 71-КГ12-3
 
8. Отсутствие на платёжном поручении, исполненном банком, отметки о зачислении государственной пошлины в доход федерального бюджета не может служить основанием для оставления жалобы без движения.
Указание  в  платёжном  поручении,  подтверждающем  уплату государственной пошлины, плательщика данного сбора при фактической уплате её иным лицом является достаточным условием для принятия судом жалобы к рассмотрению.
Определение № 89-КГ13-1
 
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ
 
1. Завершение конкурсного производства в отношении лица, выступающего  заёмщиком  по  кредитному  договору,  не  является основанием для прекращения исполнительного производства о взыскании задолженности по данному договору с поручителя.
Определение № 18-КГ12-62
 
2. Правовые нормы, предусматривающие административную ответственность за нарушение законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, должны содержать конкретные признаки действий (бездействия), образующих состав административного правонарушения.
Определение № 48-АПГ12-7
 
3. Срок давности привлечения к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 7 ст.19.5 КоАП РФ, составляет два месяца.
Постановление № 64-АД12-3
 
РАЗЪЯСНЕНИЯ ПО ВОПРОСАМ, ВОЗНИКАЮЩИМ В СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ
 
Вопрос 1. В каком порядке подлежит рассмотрению заявление территориального  органа Пенсионного фонда РФ об установлении для  индивидуального  предпринимателя  временного  ограничения выезда из Российской Федерации, если исполнительное производство возбуждено на основании исполнительного документа, выданного  названным органом? Какой судебный акт (решение или определение) выносится по результатам рассмотрения такого заявления?
 
Вопрос 2. Какие процессуальные действия надлежит совершить суду апелляционной инстанции, если ко времени рассмотрения дела в суд апелляционной инстанции поступили сведения о смерти лица, подавшего апелляционную жалобу на судебные постановления, вынесенные в порядке искового и особого производства, а спорное правоотношение не допускает правопреемства?
 
Вопрос  3.  Освобождается  ли  Центральный  банк  Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции?
 
Вопрос 4. Распространяется ли  Закон Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. №  4520-I «О государственных гарантиях и компенсациях  для  лиц,  работающих  и  проживающих  в  районах Крайнего  Севера  и  приравненных  к  ним  местностях»  в  части предоставления права на получение компенсации стоимости проезда  к месту  проведения  отдыха  и  обратно  по  территории Российской Федерации один раз в два года на работников и государственных служащих, проживающих и работающих в г. Иркутске?
 
Вопрос 5.  Подлежит ли прекращению на основании п.  7  ч.  1 ст.  24.5  КоАП  РФ производство  по  делу  об  административном правонарушении, предусмотренном чч. 1, 3 и 4  ст. 12.8 КоАП РФ, возбуждённому в отношении водителя, управлявшего транспортным  средством  в  состоянии  опьянения  и  допустившего нарушение Правил дорожного движения, повлёкшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека или смерть потерпевшего, при наличии  постановления о возбуждении уголовного дела в отношении того же лица по признакам преступлений, предусмотренных чч. 2, 4, 6 ст. 264 УК РФ.
 
Вопрос 6. Является ли арбитражный управляющий, назначенный арбитражным судом для проведения внешнего управления  либо конкурсного производства в процедуре банкротства юридического лица, субъектом административного правонарушения, предусмотренного ст. 13.19 КоАП РФ (нарушение порядка предоставления статистической отчётности)?
К подведомственности  какого  суда  (общей  юрисдикции  или арбитражного)  относится  рассмотрение жалобы на  постановление должностного лица органов государственного статистического учёта о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности по ст. 13.19 КоАП РФ?
 
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ВОЕННОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
 
1. Вопрос о применении срока давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом.
Определение № 211-О12-3
 
По гражданским делам
 
2. Изменения положений законодательства, направленные на сокращение круга лиц, пользующихся льготами, с одновременным реформированием системы их материально-финансового обеспечения путём повышения размера денежного довольствия не означают ограничение или умаление прав указанных лиц.
Определение № 210-КГ13-3
 
ПРАКТИКА ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
(Извлечения из постановлений)
 
1. В постановлении по делу «Храброва против России» от 2 октября 2012 г. Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский  Суд,  Суд)  установил  нарушение  пункта  1  статьи  6 Конвенции  о  защите  прав  человека  и  основных  свобод  (далее  — Конвенция) в связи с несправедливостью судебного разбирательства по гражданскому делу и нарушением принципа гласности судопроизводства.
 
Обстоятельства дела: Храброва работала учителем гимназии. Во время урока между школьницей  и Храбровой возник конфликт, вследствие которого педагог попросила ученицу покинуть класс. Девушка вышла без пальто из школы,  несколько  часов ходила вокруг неё и в результате заболела.
 
Менее чем через месяц педагога уволили по причине указанных выше обстоятельств.
 
Храброва обратилась в районный суд с иском о восстановлении на работе.
 
По ходатайству ответчика дело рассматривалось в закрытом судебном заседании.
 
Районный суд заслушал ряд свидетелей, в том числе со стороны истца,  в  удовлетворении ходатайства  истца  о  вызове  ещё  семерых свидетелей отказал.
 
Никто из свидетелей, заслушанных районным судом, не присутствовал в  классе во время спора  между заявительницей и ученицей.
 
Решением районного  суда  в  иске  о  восстановлении  на  работе отказано.
 
Вышестоящий  суд,  рассмотрев  в  открытом  судебном  заседании кассационную жалобу Храбровой, оставил решение районного суда без изменения.
 
Позиция Европейского Суда в отношении нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции:
 
«… статья 6 Конвенции… не закрепляет правила приемлемости доказательств или способ их оценки, которые, таким образом, являются основными вопросами, регулируемыми национальным законодательством и судами...
 
Статья  6  Конвенции  не  гарантирует  напрямую  право  на  вызов свидетелей  или принятие иных доказательств судом в ходе гражданского производства. Тем не менее  любое ограничение, наложенное  на  право  стороны  вызывать  свидетелей  в  гражданском производстве и представлять иные доказательства в поддержку своей позиции, должно соответствовать требованиям справедливого судебного разбирательства  в  значении  пункта  1  этой  статьи,  включая  принцип равенства  сторон.  Равенство  сторон  подразумевает,  что каждой из сторон  предоставляется адекватная  возможность представлять свои интересы по делу, включая доказательства, в соответствии с условиями, которые не ставят её в значительной степени в невыгодную позицию по отношению к своему оппоненту.»
 
Применительно  к  данному  делу  Европейский  Суд  отметил,  что районный суд отклонил ходатайство Храбровой о вызове свидетелей без указания оснований, «… а затем сделал вывод в  своём решении о том, что утверждения заявительницы об отсутствии в её действиях признаков насилия не соответствуют представленным доказательствам и что она не представила свою версию событий, в то время как ответчиком выдвинута иная версия.  Суд кассационной инстанции также отклонил ходатайство заявительницы о вызове в суд одноклассников И...».
 
Европейский  Суд  пришёл  к  выводу,  что  «… в  обстоятельствах настоящего дела отказ вызвать кого-либо из свидетелей в суд нарушил справедливый баланс сторон и стал непропорциональным ограничением возможности заявительницы представлять доказательства в равных условиях с ответчиком...»
 
В отношении  нарушения  принципа  гласности  судопроизводства Суд отметил, что «районный суд удовлетворил ходатайство ответчика о проведении  слушаний  за  закрытыми  дверями,  ссылаясь  на  интересы несовершеннолетних..., что в деле затрагивались интересы неопределённых  учеников  и  что  проведение  публичного  слушания негативно скажется на их образовании». При этом «… не было указаний на  то,  как  публичное  слушание,  касающееся  трудового  спора,  могло негативно сказаться на интересах несовершеннолетних… С точки зрения Суда, чтобы скрыть отправление  правосудия от общественного контроля, национальные суды должны представить достаточные основания».
 
Европейский Суд также принял во внимание, что ученица  И. не допрашивалась на слушаниях.
 
В данном постановлении Суд в качестве примера обоснованного слушания дела в  закрытом  судебном заседании привёл дело «Б. и П. против  Соединённого  Королевства», касающееся  места  проживания детей после развода или раздельного проживания родителей. В данном случае  «… проведение  слушаний  за  закрытыми  дверями  может  быть обоснованным для защиты частной жизни детей и имеющих отношение к  делу  сторон  и  чтобы  не  допустить нанесения  вреда  интересам общественности.  В  таких  делах  важно,  чтобы  родители  и  остальные свидетели  чувствовали  возможность  говорить  откровенно  об  очень личных вопросах, без страха проявления любопытства общественности или комментариев.».

2. В  постановлении  по  делу  «Прошкин против  России» от 7 февраля 2012 г.  Европейский Суд констатировал нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с содержанием заявителя под стражей в период с 27 января по 18 февраля 2003 г. и с 18 февраля по 18 августа 2003 г. в СИЗО, пункта 4 статьи 5 Конвенции  в связи с  отказом  в рассмотрении  кассационной  жалобы  заявителя  на постановление о заключении под стражу, подпункта С пункта 3 и пункта 1 статьи 6 Конвенции ввиду необеспечения участия заявителя,  страдающего  психическим  заболеванием,  в  заседаниях суда.
 
Обстоятельства дела: 31 августа 2000 г. районный суд признал Прошкина виновным в  клевете и вымогательстве и приговорил его к семи  годам  лишения  свободы.  В  тот  же  день  заявитель  доставлен  в СИЗО № 1.
 
Областной суд оправдал заявителя в части признания виновным в совершении клеветы при отягчающих обстоятельствах и направил дело на новое рассмотрение в части осуждения за вымогательство. Заявитель был освобождён в тот же день под подписку о невыезде.
 
При  новом  рассмотрении  районный  суд  назначил  в  отношении заявителя производство психиатрической экспертизы.
 
27  января  2003  г.  районный  суд  вынес  два  постановления  о заключении заявителя под стражу на том основании, что он обвинялся в совершении особо  тяжкого уголовного преступления, а также  на основании результатов  судебно-психиатрической экспертизы, установившей,  что  заявитель  «страдает  шизофренией  и  представляет опасность для общества».  «Данные постановления — одно в рукописном виде, другое в печатном — были идентичны по  содержанию, не считая лишь  одного  различия.  Первым  решением  районный  суд  постановил содержать заявителя в психиатрическом стационаре. Вторым… в СИЗО № 1...». Заявитель взят под стражу в здании суда и доставлен в СИЗО № 1.
 
Прошкин обжаловал указанное постановление суда от 27 января 2003 г., однако его жалобы были оставлены без ответа.
 
18 февраля  2003 г. районный суд постановил, что заявитель совершил  вымогательство  при  отягчающих  обстоятельствах.  Однако, установив, что заявитель страдает психическим заболеванием, применил к нему принудительные меры медицинского характера и  направил на принудительное лечение в психиатрический стационар специализированного типа для проведения интенсивной терапии. Областной  суд  оставил  решение  районного  суда  без  изменения.  При этом заявитель не принимал участия в  рассмотрении  дела ни  в суде первой, ни в суде кассационной инстанции, поскольку суды пришли  к выводу, что в этом нет необходимости. На заседаниях присутствовали мать и адвокат Прошкина.
 
В период с 18 февраля по 18 августа 2003 г. заявитель содержался под стражей в СИЗО № 1, поскольку его перевод в специализированный психиатрический стационар в г. Калининграде был  задержан в связи с невозможностью получения российскими властями визы для перевозки заявителя через Литву, а когда разрешение на перевозку было получено, психиатрическая  больница  в г.  Казани  отказалась  принять  заявителя, поскольку у него не было действительных документов, удостоверяющих личность (паспорта нового образца). 18 августа 2003 г. заявитель был отправлен в психиатрическую больницу в г. Казани.
 
Позиция Европейского Суда:
 
В отношении нарушения пункта 1 статьи 5 Конвенции в период с  27 января по 18 февраля 2003 г.:
 
«Суд отмечает, что Власти не указали какие-либо правовые положения, которые позволили бы районному суду одновременно вынести два постановления, санкционирующие содержание заявителя в психиатрическом стационаре и  в  обычном  следственном  изоляторе.

… Положение, созданное районным судом, оставило заявителя в состоянии неопределённости в отношении правового основания для его заключения под  стражу, в состоянии, не совместимом  с принципами правовой  определённости  и  защиты  от  произвола,  которые  являются основополагающими для Конвенции и принципа верховенства права… Не задумываясь о мотивах, которые заставили председательствующего судью изменить резолютивную часть постановления о  заключении под стражу, Суд принимает во внимание заявления Властей об отсутствии в области психиатрического учреждения, подходящего для содержания таких лиц, как заявитель… Однако  каковы  бы  ни  были  причины,  на  которых  было основано решение председательствующего судьи о внесении изменений в  постановление о заключении под стражу от 27 января 2003 г., Суд считает его действия произвольными и пренебрегающими фундаментальным принципом справедливости.… ошибка, допущенная в постановлении от 27 января 2003 г. о заключении заявителя под стражу, составила  «грубое  и  очевидное  нарушение»,  и  её  характер  привёл  к тому, что весь период его содержания под стражей до 18 февраля 2003 г. можно считать незаконным...».
 
В отношении нарушения пункта 1 статьи 5 Конвенции в период с  18 февраля по 18 августа 2003 г.:
 
«… содержание под стражей душевнобольного лица будет «законным» в соответствии с целями подпункта (е) пункта 1 только в том случае, если оно  осуществляется в больнице, клинике или  ином соответствующем учреждении...»
 
Применительно к данному  делу Суд отметил, что «… Власти должны были знать о необходимости соблюдения визовых формальностей при направлении  заявителя в больницу в г. Калининграде и заранее подготовить  и предоставить заявителю необходимые документы, удостоверяющие личность. Суд не находит в данном деле признаков того, что в период рассматриваемых событий власти столкнулись с исключительной и непредвиденной ситуацией… Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции...».
 
В отношении нарушения пункта 4 статьи 5 Конвенции:
 
«Пункт  4  статьи  5  Конвенции  даёт  право  арестованному  или задержанному лицу на пересмотр процессуальных и материально- правовых оснований ограничения его свободы, что необходимо в целях соблюдения «законности» в рамках Конвенции.
 
… По  фактам  данного  дела  Суд  отмечает,  что...  кассационная жалоба заявителя, поданная на… постановление от 27 января 2003 года, которым суд назначил заявителю меру  пресечения в виде заключения под стражу, а также две последующие дополнительные  кассационные жалобы остались без ответа.
 
… Суд считает, что в соответствии с российским законодательством заявитель имел право  лично обжаловать постановление о заключении его под стражу…… Суд готов предположить, что могут существовать определённые ограничения  этого права, если они оправданы обстоятельствами… В данном случае Власти не привели никаких оснований,  кроме психического заболевания заявителя, которые позволяли бы суду не  рассматривать  его жалобу на постановление о заключении под стражу.
 
… Суд считает, что заявитель был лишён возможности надлежащего судебного пересмотра исходя из целей пункта 4 статьи 5 и что его право на возбуждение разбирательства относительно законности его содержания под стражей было нарушено.».
 
В отношении  нарушения  подпункта С  пункта  3  и  пункта  1 статьи 6 Конвенции:
 
«Суд напоминает, что предмет и цель подпункта С пункта 3 и пункта 1 статьи 6 предполагают присутствие обвиняемого. Государство обязано обеспечить присутствие обвиняемого,  который находится под стражей…… суд первой инстанции может в порядке исключения продолжать заседание, если обвиняемый отсутствует по причине болезни, при условии, что его или её интересы представлены надлежащим образом… Однако если судебное производство предполагает оценку личности, характера обвиняемого и его душевного состояния в момент совершения преступления и если  результат такой оценки может повлечь за собой существенные негативные последствия для  него,  для  справедливости  судебного  разбирательства  необходимо его присутствие во время слушания и предоставление ему возможности принять в нём участие вместе со своим защитником...
 
В данном  случае  Власти  не  обеспечили  явку  заявителя  в  суды первой и кассационной инстанций...
 
… Право быть услышанным занимает такое важное место  в демократическом  обществе  и  имеет  такое  фундаментальное  значение для защиты человека от произвола со стороны органов государственной власти,  что  сам  факт  психического  заболевания,  а  также  признание человека недееспособным не может автоматически привести к лишению этого права в целом. Именно слабость психически больного подсудимого  обусловливает  возросшую  необходимость  в  защите  его прав. В связи с этим Власти должны проявить необходимое усердие для обеспечения права обвиняемого  присутствовать в суде  и действовать особенно осторожно в случае ущемления такого права для того, чтобы не ставить психически больных лиц в невыгодное положение  по сравнению с другими обвиняемыми, которые пользуются таким правом...»  В  настоящем  случае  «нет  никаких признаков  того,  что российские суды провели надлежащую оценку способности заявителя надлежащим  образом  участвовать  в  разбирательстве  по  уголовному делу, возбуждённому против него.… Суд также принимает во внимание отсутствие официального решения, касающегося вопроса участия заявителя в разбирательстве,… не видит  никаких убедительных доказательств, обосновывающих вывод о том, что поведение заявителя или его психическое состояние препятствовало изложению им дела в открытом заседании.
 
… Присутствие защитника и матери заявителя не могло компенсировать  неспособность  заявителя  изложить  свои  собственные доводы, представ перед судом...».
 
3. В  постановлении по делу  «Алихонов  против  России» от 31 июля 2012 г. Европейский Суд установил нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи  с несвоевременным пересмотром вопроса о законности содержания заявителя под стражей, не констатировал  нарушения пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с предполагаемой незаконностью содержания Алихонова под стражей с целью экстрадиции.
 
Обстоятельства дела:
 
В октябре 2010 года прокурор вынес постановление о заключении заявителя под стражу до экстрадиции в Республику Узбекистан, где ему предъявлено  обвинение в участии  в экстремистской религиозной организации. В дальнейшем срок содержания под стражей был продлён районным судом.
 
В феврале  2011 года заместитель Генерального прокурора Российской Федерации вынес постановление об экстрадиции заявителя в Узбекистан. В августе 2011 года областной суд отменил данное постановление.
 
Позиция Европейского Суда:
 
Европейский Суд не нашёл нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции в  связи  с  предполагаемой  незаконностью  содержания  заявителя  под стражей с целью экстрадиции в период с 17 декабря 2010 г. по 30 апреля 2011 г. При этом Суд отметил, что национальные суды, продлевая срок содержания  заявителя  под стражей,  действовали в  соответствии с законом, заявитель был освобождён из-под стражи по истечении предельного срока содержания под стражей, т.е. по  истечении шести месяцев.
 
По  настоящему делу Суд  признал нарушение пункта 4 статьи  5 Конвенции  в  связи  с  несвоевременным  пересмотром  в  кассационном порядке  вопроса  о  законности  содержания  заявителя  под  стражей (спустя  два  месяца  и тринадцать  дней  после  подачи  кассационной жалобы). Суд отметил, что «… в представленных ему материалах ничто не позволяет предположить, что заявитель или его адвокат каким-либо образом затягивали кассационное производство… длительность судебного процесса целиком зависела от внутригосударственных органов  власти. Областной суд дважды откладывал рассмотрение кассационной жалобы из-за того, что  суд первой инстанции не принял все необходимые подготовительные меры.».
 
Жалоба Алихонова на нарушение ст. 3 и 13 Конвенции в связи с постановлением о его экстрадиции в Республику Узбекистан исключена из списка вопросов, подлежащих  рассмотрению Судом, поскольку областной суд  принял решение об отмене постановления заместителя Генерального  прокурора  Российской  Федерации  о  выдаче  заявителя правоохранительным органам иностранного государства.

4. В постановлении по делу «Рахмонов против России» от 16 октября 2012 г. Европейский Суд установил нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с содержанием заявителя под стражей в период с 4 февраля по 24 марта 2011 г., нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с длительным пересмотром в кассационном порядке  постановления  суда  от  4  февраля  2011  г.  об  избрании  в отношении  заявителя  меры  пресечения  в  виде  заключения  под стражу.
 
Позиция Европейского Суда:
 
Европейский Суд признал жалобу на нарушение статьи 3 Конвенции в связи с экстрадицией заявителя в Республику Узбекистан необоснованной,  поскольку Генеральный прокурор Российской Федерации в августе 2011 года вынес решение об отказе в экстрадиции.
 
Жалоба  на  незаконность  содержания  заявителя  под  стражей  в период  с 24  марта по  3  августа  2011  г.  с  целью  экстрадиции  также отклонена Судом в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой зашиты (заявитель не обжаловал в кассационном порядке постановление суда от 24 марта 2011 г. о продлении срока содержания под стражей).
 
В отношении нарушения пункта 4 статьи 5 Конвенции Суд отметил, что при принятии  постановления от 4 февраля 2011 г. о заключении заявителя под стражу с целью экстрадиции районный суд действовал в пределах своих полномочий. Однако отсутствие в данном постановлении конкретного срока содержания под стражей представляло собой  «грубое и очевидное нарушение», способное придать  содержанию  заявителя  под  стражей  на  основании  данного постановления произвольный и, следовательно, «незаконный» характер по смыслу пункта 1 статьи 5 Конвенции.
 
В отношении жалобы на нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с несвоевременным пересмотром в кассационном порядке постановления суда от 4 февраля  2011 г. Суд отметил, что судебное заседание по рассмотрению жалобы состоялось 16 марта 2011  г., т.е. спустя тридцать девять дней после её подачи. Заявитель в определённой степени поспособствовал продолжительности рассмотрения дела в кассационном порядке, направив кассационную жалобу в суд кассационной инстанции. Несмотря на это упущение со стороны заявителя,  Власти  не  объяснили,  почему  на  пересылку  кассационной жалобы из одного суда в другой, расположенный  в пределах  одного города, ушло столько времени. «Суд отмечает, что на доставку документов из  одного суда в другой и обратно в первый раз органам власти потребовалось шестнадцать дней, а во второй раз — шесть… Неэффективное функционирование системы доставки корреспонденции между судами не может служить оправданием лишения  заявителя  его  прав,  предусмотренных  пунктом  4  статьи  5 Конвенции».

Неофициальный перевод текстов постановлений получен из аппарата  Уполномоченного  Российской  Федерации  при  Европейском Суде по правам человека и в цитатах не изменён.
 
Отдел специального контроля
Управление систематизации законодательства и анализа судебной практики Верховного Суда Российской Федерации

Документы

1.Обзор ВС РФ за 1 ква​ртал 2013 года493.9 KB

Для доступа к документам необходимо авторизоваться

Да 16 16

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Участники дискуссии: Бозов Алексей, Нючев Евгений, Климушкин Владислав, +еще 2
  • Адвокат Бозов Алексей Анатольевич 19 Июля 2013, 00:54 #

    Определение ВС РФ № 74-О13-2сп в сочетании с Постановлением ЕСПЧ по делу «Храбров против России» от 2 октября 2012 г. мне очень понравились.

    Теперь, если суды будут отказывать мне в вызове и допросе моих свидетелей, буду ссылаться на эти два прецедента.

    +4
  • Энтузиаст Алена 19 Июля 2013, 13:09 #

    Очень полезно, что Верховный суд стал в своих обзорах приводить и практику ЕСПЧ(Y)

    +4
  • Юрист Нючев Евгений Александрович 20 Июля 2013, 15:58 #

    Я немного не согласен с одним делом из указанного обзора, в котором гражданин решает совершить кражу у своей знакомой, но та возвращается домой, он прячется, после чего совершает ее убийство будучи обнаруженным. По факту кражи у него ведь действительно имеет место добровольный отказ от совершения преступления, поскольку совершив убийство он мог довести свой умысел до конца, найти деньги и вместе с ними скрыться с места происшествия, но этого не сделал. И тогда действительно его действия нужно было бы квалифицировать по соответствующей части 158 и по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ. А при указанных обстоятельствах я бы квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ, а по ст. 158 УК РФ отказал бы изначально в возбуждении уголовного дела.

    +2
    • Адвокат Бозов Алексей Анатольевич 20 Июля 2013, 20:23 #

      Если умысел на кражу основан только на его признаниях, то 158 вообще должны были убрать в связи с недоказаностью.

      Между тем, как следует из представленной информации, он уже начал искать деньги, но его прервали. Т.е. он не довел умысел до конца по независящей от него причине.

      А вот если бы он после убийства осуществил свой умысел на хищение, то его действия уже были бы квалифицированны как убийство сопряженное с разбоем + разбой. Так что с уж лучше так как есть, чем еще хуже.

      +2
      • Юрист Нючев Евгений Александрович 20 Июля 2013, 20:42 #

        Здесь, уважаемый Алексей Анатольевич, позволю себе не согласиться с Вами по следующим причинам. Изначально умысел у него возник на хищение денежных средств. Но не вовремя пришла хозяйка квартиры. Он прекращает свои действия по поиску денежных средств, вооружается ножом и прячется. Но прятки неудачные и хозяйку приходится убивать. После чего он скрывается, не доводя свой умысел на хищение денежных средств до конца, иными словами он отказывается искать деньги и покидает квартиру, т.е. он добровольно, окончательно и бесповоротно отказывается от хищения. Что касается Вашей позиции по поводу квалификации его действий, если бы он нашел деньги после убийства, то разбоя здесь не будет, о чем опять же свидетельствует практика ВС РФ. В данном случае действия квалифицировались именно по первоначальному умыслу, а убийство именно с целью скрыть другое преступление, либо как убийство из корыстных побуждений.

        +2
        • Адвокат Бозов Алексей Анатольевич 20 Июля 2013, 22:17 #

          Можите не соглашаться, я не настаиваю, более того, будь я его защитником я бы вообще усомнился в том, что ему было что скрывать, ведь кражи не было, следовательно и квалификация по п.«К» не выдерживает никакой критики.;)

          +2
        • Энтузиаст Алена 21 Июля 2013, 05:51 #

          Изначально умысел у него возник на хищение денежных средств. Но не вовремя пришла хозяйка квартиры.Поэтому, уважаемый prosecutor2013,  он и не довел умысел до конца по не зависящей от него причине — ПРИШЛА хозяйка и нарушила его планы.

          +2
        • Козлов Иван Андреевич 21 Июля 2013, 11:56 #

          Скрывать ему в любом случае было что: не покушение на кражу, так незаконное проникновение в жилище (ст. 139 УК РФ)… Об его умысле на совершение кражи, вероятнее всего, свидетельствовала обстановка в квартире потерпевшей.
          Более того, добровольный отказ предполагает отсутствие причин, препятствующих доведению преступления до конца: начал, но передумал и никто ему довести замысел до конца не мешал.
          А из корыстных побуждений это убийство вообще квалифицировано и изначально быть не могло: либо с целью скрыть, либо сопряженное с разбоем… иного, как говориться, не дано…

          +1
  • Адвокат, модератор Климушкин Владислав Александрович 21 Июля 2013, 20:21 #

    Мне было интересно посмотреть практику прекращения административных дел в связи с возбуждением уголовного дела. До сих пор встречаюсь с ситуацией двойного наказания по административным делам, когда наказывают и организацию и её руководителя.

    +1

Да 16 16

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Обзор судебной практики ВС РФ за первый квартал 2013 года» 3 звезд из 5 на основе 16 оценок.

Продвигаемые публикации